О СНАХ

Всякий сон важен лишь своим истолкованием!

«К равви Элиезеру пришла женщина и сказала: “Я видела во сне, что в житнице дома моего открылся пролом”. Он отвечал: “Ты зачнешь сына”. Она ушла, и так и случилось. Вновь приснился ей такой же сон, и она рассказала его равви Элиезеру, и тот дал такое же толкование, и так и случилось. В третий раз приснился ей такой же сон, и она пошла к равви Элиезеру. Не найдя его, она сказала его ученикам: “Я видела во сне, что в житнице дома моего открылся пролом”. Те отвечали: “Ты похоронишь мужа”. И так и случилось. Удивленный ее стенаниями, равви Элиезер спросил, что стряслось. Ученики рассказали ему. Он вскричал: “Несчастные! вы убили этого человека! ведь писано же: И как он истолковал нам, так и сбылось”. (Бытие, 41, 13)

 

В культуре и истории психотерапии мы встречаем очень разное отношение ко снам. Кто-то считает их предрассудками, а кто-то видит в них посланников сакральных смыслов. В некоторых направлениях терапии уделяют много времени анализу сновидений, в то время как в других совершенно игнорируют эту тему. Думаю, что имеет смысл разобраться в том, стоит ли доверять сновидениям как материалу для терапии, и как было бы наиболее адекватно отнестись к ним.

Сон с незапамятных времен был предметом интереса в мифологии и религии. С ним связан ряд предрассудков. В культуре встречаются разные модели определения его природы и отношения сон-реальность. Для некоторых народов, например, для эскимосов, характерно считать сновиденческие образы более реальными, чем мир бодрствования. Более того, иногда мы можем встретить традиции, отдающие явное предпочтение жизни во сне, чем реальному историческому миру. По их поверьям, сон может не просто предсказывать будущее, но и предписывать определенные поступки и сообщать истину о других людях и себе самом. Только вдумайтесь: сон сообщает больше истины о мире, чем нам очевидно в состоянии бодрствования. Именно из этого источника исходит представление об истине как чем-то сокрытом, требующем особого состояния сознания для того, чтобы ее разглядеть. Интересные описания подобных мировоззренческих систем мы встречаем в статье французского антрополога и философа Роже Кайуа «Чары и проблемы снов». Кайуа приходит к выводу, что сновидческая реальность играет важную роль в формировании всякой культуры и личности. По всей видимости, мир сна и воображения, действительно выступает для нас своеобразной дополненной реальностью, тесно связанной с функцией планирования и моделирования событий.

В истории психотерапии Зигмунд Фрейд стал первым исследователем, кто собрал обширную литературу по этому поводу и предложил рассматривать содержание сновидения как средство и тему терапевтического вмешательства. Если коротко, с точки зрения Фрейда, сон представляет собой символическое выражение неосознаваемых желаний личности. Уникальность сна, как объекта анализа Фрейд видит в его неподконтрольности сознанию, а значит – это верный путь к исследованию бессознательного. Даже в самых ужасных снах психоанализ находил выражение желаний. В «Толковании сновидений» Фрейд описывает случай, когда женщине приснилась смерть ее племянника. Она была очень напугана и растрогана этим сном, ведь незадолго до этого у нее умер другой любимый племянник, и она никак не могла желать второй смерти. Фрейд с ликованием извлекает при анализе вытесненное желание из анамнеза пациентки: когда-то она была влюблена и после расставания долго не встречала объект своей влюбленности и вот на похоронах племянника они увиделись. Бессознательное сообщило ей, что она сможет исполнить свою мечту о повторной встрече, только если умрет и второй ее племянник. Почему в такой пугающей символической форме? Ведь пациентка испытала противоречивые чувства одновременно: сожаления об утрате, радость встречи и стыд за свою радость! 

 

 Идеи Фрейда решающим образом повлияли на научный подход к исследованию феномена сновидений, на психотерапевтическую практику и массовую культуру. До сих пор большинство неискушенных представляют себе психотерапию как лежание на кушетке и обсуждение своих сновидений.

Важное место в теории Фрейда занимает понятие «работа сновидения» (Traumarbeit), которое и стало основным объектом научного исследования. Работа сновидения представляет собой набор процессов, которые формируют явное содержание сновидения, собственно то, что нам приснилось. Материалом для работы сновидений выступают: скрытые во сне мысли, соматические раздражители, действующие на нас во время сна, остатки дневных впечатлений (Фрейд считал, что вероятнее всего встретить во сне остатки впечатлений именно минувшего накануне дня).

Иными словами, если вы хотите понять подлинный смысл сновидения вы должны последовательно исследовать то, из чего оно состоит. Но не все так просто. Работа сновидения, по идее Фрейда, использует четыре механизма для символизации содержания сна. Поэтому при толковании придется учесть, что реальное содержание подверглось сгущению, смещению, вторичной обработке и  наглядному изображению мыслей и высказываний. Вот насколько сложен путь исследования содержания сновидений!

Представьте, как были вдохновлены этими идеями не только психоаналитики, но художники, писатели, поэты и режиссеры. Фрейд описал прекрасный творческий метод последовательного создания новых образов. Это очень занимательная задачка: попробуйте описать события вчерашнего дня, используя механизмы работы сновидения, и вы получите увлекательную историю!

Итак:

1) опишите три события, произошедших накануне;

2) перемешайте их между собой: поменяйте местами действующие лица, обстановку, временную протяженность. Слейте воедино это перемешанное событие. Этот процесс называется сгущением.

3) теперь выберите главное и второстепенное в вашем рассказе и поменяйте их местами. Главное опишите одним или двумя словами, лишь упоминая вскользь, а что-нибудь незначительное представьте в деталях и поместите в центр внимания. Это и называется смещением.

4) проверьте свой рассказ на правдоподобность и логичность. Если необходимо, перекомпонуйте основные элементы фабулы, ведь после смещения у вас новые действующие лица. Отбросьте все, что не вписывается в логику повествования. Поздравляю, вы совершили вторичную обработку.

5) теперь закройте глаза и представьте свой рассказ визуально, как видеоролик. Этот этап называется наглядным представлением.

Мне будет очень интересно, если вы поделитесь своими историями. Попробуйте и вы не сможете остановиться! К подобным стратегиям творчества прибегали сюрреалисты и дадаисты в изобразительном искусстве, литературе, музыке и кинематографе. В следующий раз я обязательно расскажу о нескольких подобных экспериментах.

NB: для меня психоанализ – увлекательное путешествие в мир фантазии, творчества и воображения. И это очень важная практика для поддержания спонтанности и развития аналитических навыков. Но не более! Едва ли подобные методы помогут вам решить серьезные психологические проблемы.

 

"Толкование сновидений" Фрейда начинается с обширной критики существовавших подходов к интерпретации снов с древнейших времен. Жестче всего автор нападает на однозначное толкование снов, берущее в европейской традиции свое начало с "Онейрокритики" древнего грека Аполлодора. Однако, заканчивается работа Фрейда немногозначным указанием на сексуальный подтекст подавляющего большинства наших снов. Иными словами, уйдя от толкования типа "крысы снятся к пожару" Фрейд пришел к выводу "в каждом сне проявляется сила либидо". Именно после этого за Фрейдом закрепилась "дурная слава". Часть из распространенных стереотипов о теории Фрейда совершенно верна: удлиненные предметы во сне символизируют фаллос, а полые - влагалище. Но, к сожалению, многие забывают, что фаллос и влагалище для основателя психоанализа - не половые органы, а сложные культурные символы. Два важнейших Фрейд развивал свое учение на протяжении всей жизни и внес серьезные коррективы, например, выделив кроме либидо (влечение к жизни) еще один базовый инстинкт - мортидо (влечение к смерти). В свете этого учения открылись возможности экзистенциальной и перспективной трактовки сновидений. Кроме того, серьезное влияние оказало учение о двух страхах-сюжетах большинства кошмарных сновидений: страхе сепарации и страхе кастрации. Иными словами мы боимся либо потерять опору в виде значимого другого в нашей жизни (чаще всего это фигура матери), либо потерять достоинство, уважение со стороны окружающих.

Я уже упоминал, что учение Фрейда сильно повлияло на массовую культуру. В кинематографе сновидческая реальность по законам Фрейда воссоздана в "Андалузском псе" Дали и Бюнуэля. Большинство последующих работ последнего также вдохновлены идеями психоанализа. Велико влияние Фрейда на Феллини. Его фильмы "8 ½", "Амаркорд", "Сатирикон" часто обращаются к теме сновидческой реальности, либидо и базовых страхов.

Но есть режиссер, на работы которого я хотел бы обратить особое внимание в связи с темой психоанализа. Это Мишель Гондри. В его "Науке сна" исследуется не только мир желаний, воплощенный во сне, но и связь сна с реальностью. А в другой работе "Вечное сияние чистого разума" дан яркий образ всеобщей символической обусловленности нашего сознания. Вводя главного героя в искусственный сон, специальная служба пытается стереть его воспоминания о возлюбленной. Но для этого им приходится окунуться в мир его памяти, где ничто не разложено по полочкам, но переплетено самым неожиданным образом. В итоге, чтобы стереть искомое воспоминание надо уничтожить большую часть памяти главного героя… Я часто вспоминаю эту сцену, когда клиент просит меня помочь забыть о прошедшей влюбленности. К счастью или к сожалению, в психотерапии это непосильная задача.


 

"И такая отвратительная глупость снится женщине 50 лет, которая день и ночь не имеет других мыслей, кроме заботы о своем ребенке!" - говорит одна из сновидец, описанная Фрейдом. Этой почтенной даме приснилось, что она приходит в военную часть, чтобы устроиться в "любовную службу" на благо австрийской армии. Дословно ее речь во сне следующая: "Я и многие другие женщины и молодые девушки Вены готовы солдатам, рядовым и офицерам без различия." Однако, дама (вроде и трудно назвать сновидца автором своего сновидения) не может уточнить, что именно она собиралась делать в этой службе. В воспроизведении сна много пропусков в самых интересных местах.

Фрейд отмечает, что это яркий пример работы цензуры сознания в сновидении. Именно то, что при лечении неврозов подлежит толкованию в первую очередь, оказывается, по идее Фрейда, искаженным или опущенным как явное сексуальное значение сна почтенной дамы.

Для "восстановления" таких опущений предлагается техника символического толкования сновидений, которая представляет собой увлекательную и наиболее несостоятельную часть теории психоанализа сновидений. Явные объекты сна могут иметь символическое значение. При этом один и тот же предмет может быть представлен неограниченным количеством символов. В основном символизируются порицаемые и отвергаемые в сознательной жизни переживания - проявления необузданной "инстинктивной" силы бессознательного. Прежде всего это: "человеческое тело в целом, родители, дети, братья и сестры, рождение, смерть, нагота и еще немногое." Символизация необходима, когда мы испытываем к этим объектам порицаемые и нами и обществом желания. Например, сексуальное влечение, агрессия, зависть, ненависть и т.д.

Важная роль в исследовании цензуры через символизацию отведена символам гениталий. Т.к. с точки зрения Фрейда тема сексуального влечения является наиболее табуированной в обществе его времени. Во всем гладком, удлиненном, способном к увеличению и извержению жидкости ортодоксальный психоанализ видит мужской половой орган. Во всем полом и расширяющемся видится женское начало. Именно эта техника символического толкования сновидений роднит учение Фрейда с работами одного из его соратников Карла Юнга. Юнг просто помешался на символах! 

 

А вот и сновидение о "любовной службе". "Она отправляется в гарнизонный госпиталь No 1 и говорит часовому у ворот, что ей нужно поговорить с главным врачом (она называет незнакомое ей имя), так как она хочет поступить на службу в госпиталь. При этом она так подчеркивает слово "служба", что унтер-офицер тотчас догадывается, что речь идет о "любовной службе". Так как она старая женщина, то он пропускает ее после некоторого колебания. Но вместо того чтобы пройти к главному врачу, она попадает в большую темную комнату, где вокруг длинного стола сидит и стоит много офицеров и военных врачей. Она обращается со своим предложением к какому-то штабному врачу, который понимает ее с нескольких слов. Дословно ее речь во сне следующая: "Я и многие другие женщины и молодые девушки Вены готовы солдатам, рядовым и офицерам без различия." Здесь в сновидений следует какое-то бормотание. Но то, что ее правильно поняли, видно по отчасти смущенному, отчасти лукавому выражению лиц офицеров. Дама продолжает: "Я знаю, что наше решение несколько странно, но оно для нас чрезвычайно серьезно. Солдата на поле боя тоже не спрашивают, хочет он умирать или нет". Следует минутное мучительное молчание. Штабной врач обнимает ее за талию и говорит: "Милостивая государыня, представьте себе, что дело действительно дошло бы до . (бормотание)". Она освобождается от его объятии с мыслью: "Все они одинаковы" -- и возражает: "Господи, я старая женщина и, может быть, не окажусь в таком положении. Впрочем, одно условие должно быть соблюдено: учет возраста; чтобы немолодая дама совсем молодому парню. (бормотание); это было бы ужасно". Штабной врач: "Я прекрасно понимаю". Некоторые офицеры, и среди них тот, кто сделал ей в молодости предложение, громко смеются, и дама желает, чтобы ее проводили к знакомому главному врачу для окончательного выяснения. При этом, к великому смущению, ей приходит в голову, что она не знает его имени. Штабной врач тем временем очень вежливо предлагает ей подняться на верхний этаж по узкой железной винтовой лестнице, которая ведет прямо из комнаты на верхние этажи. Поднимаясь, она слышит, как один офицер говорит: "Это колоссальное решение, безразлично, молодая или старая; нужно отдать должное". С чувством, что просто выполняет свой долг, она поднимается по бесконечной лестнице".

 

Ближайшим соратником Фрейда в деле толкования сновидений стал швейцарский психоаналитик Карл Густав Юнг. В их теориях были не только пересечения, но и серьезные разногласия. В конечном итоге Юнг создал свою теорию сновидений и ряд принципиально иных техник его толкования.

Так же как и Фрейд, швейцарский аналитик считал, что важную роль при анализе сновидения играет исследование его символического содержания, что ряд символов можно истолковать, обратившись к образам мифологии и народных сказаний. Но, в отличие от Фрейда, Юнг предположил существование не только индивидуального бессознательного, отсылающего нас к анамнезу жизни больного, к его индивидуальной истории, но и существование коллективного бессознательного*, приводящего к анализу образов сновидения в общекультурном контексте.

Часто можно услышать вполне правомерные упреки Юнгу в склонности к мистике и эзотерике, ведь он утверждал, что сны не только представляют символическую трактовку событий прошлого, но коллективное бессознательное через сон посылает человеку сообщения о будущем, как бы предупреждая, предвосхищая и т.д.

 Например, Юнг был уверен, что во сне можно узнать о предстоящей болезни, разлуке или смерти. Сон для него был органичной частью повседневной жизни. Даже его автобиографическая книга называется: “Воспоминания. Сновидения. Размышления”. В ней он приводит ряд собственных сновидений, которые повлияли на его жизнь, и описывает их как настоящий мистический опыт в лучших традициях религиозной литературы.

Коллективное бессознательное представляет собой систему характерных для всех людей транскультурных символов, которые Юнг называет архетипами (например: образ матери, мудрого старца, души, тени и т.д.). Именно на языке этих образов часто зашифровано содержание сна.

Поэтому, при всем уважении к вкладу Юнга в психиатрию и психотерапию, не ко всему в его работах следует относиться серьезно. Мы обратим внимание на самое важное и наиболее продуктивное для психотерапевтической работы со сновидениями.

Первое значительное открытие Юнга вроде лежит на поверхности: все персонажи сна - равноправные части личности сновидца. Помните сон пожилой дамы о “любовной службе”, приведенный Фрейдом? С точки зрения Юнга - дама сама и есть и врач и офицеры и постовой и все остальные фигуры сна. Этот шаг позволил “присвоить” содержание сна его автору.

Второе важное открытие - важно не только то, что символизирует тот или иной образ во сне, но и то, почему бессознательное выбрало именно этот символ в данном случае.

Таким образом, Юнг предлагает принципиально новый подход к анализу сновидения. Он так же продолжает собирать свободные ассоциации к каждому образу сновидения, так же старается обнаружить связь содержания сна с обстоятельствами жизни пациента. Но его интересует и общечеловеческое значение символов сна, их взаимоотношения как частей личности пациента, и их уникальный выбор. 

КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ, КОГНИТИВНО-ПОВЕДЕНЧЕСКАЯ

ПСИХОТЕРАПИЯ

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ

М. МИЛОСЛАВСКОГО